Антиутопия из трех цифр
«451 градус по Фаренгейту» можно считать «четвертой» в классической триаде антиутопий от Хаксли, Оруэлла и Замятина. Впрочем, пожалуй, она способна занять своё собственное место в литературном мире, как минимум, по причине сопряжения с фантастикой, которую можно обнаружить и в главном элементе мира «451 градуса» – сжигание любых печатных материалов (кроме рекламных листовок), на службу чему поставлен главный герой, пожарный по профессии.
Написанная во времена «маккартизма», что было относительно давно, книга может иметь не меньше смысла и сегодня, поскольку слова о ней самого автора:
Суть очевидна. Сжигать книги можно разными способами. И мир полон суетливых людей с зажжёнными спичками. Представители любого меньшинства, будь то баптисты/унитарии, ирландцы/итальянцы/траченные молью гуманитарии, дзен-буддисты/сионисты/адвентисты/феминисты, республиканцы, члены общества Маттачине [одно из первых открытых гей-движений в Америке], пятидесятники и т.д., и т.п., считают, что у них есть право, обязанность, воля, чтобы облить керосином и поднести спичку. Каждый болван-редактор, считающий себя источником этой всей занудной, безвкусной, похожей на манную кашу литературы, сладострастно вылизывает лезвие гильотины, примериваясь к шее автора, который осмеливается говорить в полный голос или использовать сложные рифмы.
… крайне легко проассоциировать (при определенных взглядах прочитавшего) с современными тенденциями.
Однако, можно зайти и с другой, более «общепринятой» по отношению к «451» в обществе стороны, и считать её жизнеописанием классической цензуры. Но тогда, не станем ли мы подыгрывать обратной стороне, против которой написал свою «коду» сам Брэдбери? Или, ну его, сами разберемся?
Подмена смыслов и «переворот понятий» – один из основных смыслов «451». Может, поискать еще?